Выступления, интервью


Минтимер Шаймиев: «Мы сумели построить полноценную систему власти в Татарстане. А президентская – она как бы над всеми»

Ровно 25 лет назад — 12 июня 1991 года — жители Татарстана выбирали сразу двух президентов. Первым президентом Татарской ССР был избран Минтимер Шаймиев. За него проголосовало 70,6% избирателей от числа принявших участие в выборах. Всего в голосовании приняло участие 63,4% жителей республики. О том, в каких условиях был учрежден пост президента в Татарстане, как проходили выборы, благодаря чему республике удалось сохранить опытные управленческие кадры и многом другом в годовщину института избранного президента Татарстана Минтимер Шаймиев рассказал в интервью «Реальному времени».

Обстановка диктовала: так дальше не могло продолжаться

— Минтимер Шарипович, сегодня становление и развитие института президентства в Республике Татарстан является объектом многочисленных исследований. Между тем, можно с уверенностью сказать, что в данном случае огромную роль сыграли лично вы. Каким запомнился вам 1991 год, когда все только начиналось?

— Я думаю, что 1991 год – это следствие, а причинная связь исходит из начавшихся во второй половине 80-х годов перестроечных процессов в СССР. В то время вся страна уже жила в ожидании перемен. Тогда экономика была в упадке, все население пользовалось талонами на продукты питания. Регулировалось абсолютно все – сколько масла, мяса полагалось на душу населения. Помнится, когда я работал министром, моя жена с талонами шла и стояла в очередях, чтобы покупать продукты для нашей семьи.

Не лучше было положение и с товарами повседневного и длительного пользования. Обстановка диктовала: так дальше не могло продолжаться.

Таким образом, по сути дела, при жизни одного поколения, может, чуть больше, состоялись и революция 1917 года, и репрессии, и война. В 1917 году пережили смену общественного строя и формы собственности. И то же самое началось в годы перестройки. Да, перестройка – это была настоящая революция со всеми атрибутами, присущими любым революционным преобразованиям. Хорошо, что в 90-х годах стране удалось обойтись без большой крови.

— Для России институт президентства в 1990-2000-е годы сыграл ключевую роль в обеспечении стабильности в стране. Как вы считаете, что дало президентство Республике Татарстан?

— Я всегда говорю: когда нас обвиняют в том, что Татарстан первым принял Декларацию о государственном суверенитете и начал так называемый «парад суверенитетов», то часто забывают о том, что первой Декларацию о государственном суверенитете приняла Российская Федерация.

Именно Российская Федерация заявила о своих правах перед СССР. Потому что тогда у самой Российской Федерации не было особых прав. Все управлялось госорганами Советского Союза, все было сосредоточено там и регулировалось через Госплан СССР.

Я живой участник начала перестроечных лет, череды съездов народных депутатов СССР и партийных конференций, будучи председателем правительства республики и некоторое время на посту первого секретаря Татарского обкома КПСС. Первыми подняли головы прибалтийские республики. Но у них своя история, там много политики, по сути, за них особо и не держались. Они уже уходили потихонечку. По остальным республикам еще была надежда на обустройство более демократичной, совместной жизни, на обновление Союза.

Вот в такой ситуации Россия и приняла Декларацию о государственном суверенитете. Затем принял и Татарстан. Потом уже стали называть это «парадом суверенитетов». Тогда наша республика, как и все автономии, была бесправной. В распоряжении нашего правительства (в то время – Совета Министров) было всего-навсего два процента собственности. Два процента! А все остальное являлось собственностью Союза или собственностью Российской Федерации. Но, кстати, собственности Российской Федерации у нас не так много было. В республике располагалось много оборонных заводов, нефтяная промышленность, нефтехимия и ряд других важных предприятий, научных и учебных центров.

Татарстан тогда по своей экономической мощи и по объемам производимой продукции был впереди, выпускал столько, сколько все вместе взятые прибалтийские республики…

В марте 1990 года на III Съезде народных депутатов СССР был введен пост президента СССР и первым президентом СССР был избран Михаил Сергеевич Горбачев.

Я считаю до сих пор, что ему надо было избираться всенародно. Надежды на него были большие, ставили на него, приветствовали. В обществе была определенная эйфория.

Ведь должности президента не было как таковой ни в истории российской, ни в истории СССР. Это учреждалось впервые. Но, к сожалению, Горбачев пошел по наилегчайшему пути: его избрали не всенародно, а на III Съезде народных депутатов СССР, в котором приняли участие 2000 депутатов, 1329 из них проголосовали за его кандидатуру. Считаю, что это стало ошибкой, с тяжелыми для страны последствиями.

В этом плане Российская Федерация поступила лучше. 17 марта 1991 года был проведен референдум об учреждении должности президента России. В конце апреля, по результатам референдума был принят Закон «О выборах президента РСФСР» и назначены выборы президента Российской Федерации.

И тут мы как республика, принявшая Декларацию о государственном суверенитете вслед за Российской Федерацией, приняли решение об учреждении поста президента Республики Татарстан.

Я считаю, что все закономерно. И попытки потом в какой-то мере бросить тень на Татарстан стали несостоятельными.

Когда в условиях уже начавшейся перестройки появились такие формы управления обществом, как президентство, появился президент СССР, и принципиально было принято решение об избрании президента Российской Федерации, то, безусловно, наши общественные организации, депутатский корпус тоже поставили такой вопрос. И мы приняли решение: также учредить должность президента и назначить в один и тот же день выборы и президента Российской Федерации, и президента Татарстана.

Ну, результаты вам известны.

Хотя тогда были созданы одинаковые условия для всех, кандидат в президенты Российской Федерации Борис Николаевич Ельцин у нас большинство голосов не набрал. А президента Татарстана избрали очень дружно: за него отдали свои голоса 70,6% избирателей от числа принявших участие в выборах.

Могу сказать, что в любом случае это решение себя оправдало.

Приняв Декларацию о государственном суверенитете, мы приняли на себя и обязательства, и ответственность за судьбу многонационального народа республики. В дальнейшем мы это закрепили через договор «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан», подписанный в феврале 1994 года. Почему мы придаем этому договору большое значение? Мы долго работали над этим документом.

Вот таким образом был избран первый президент Республики Татарстан. Это был выбор народа. И это закреплено Конституцией нашей республики. По Конституции президент Татарстана является высшим должностным лицом Республики Татарстан и главой государства. Ничего надуманного тут нет, по смыслу 5-й статьи Конституции Российской Федерации республика отождествляется с государством, при этом выражение «государство» выводится в скобках, 2-й пункт этой статьи гласит: «Республика (государство) имеет свою конституцию и законодательство». Кстати, так было и в Конституции СССР. При принятии новой Конституции Татарстана все цивилизованные правовые нормы государственности были соблюдены.

Раз мы заявили о правах, должна быть и власть соответствующего уровня, объединяющая деятельность и исполнительных, и законодательных ветвей власти. Это было необходимо.

Возможно, они противоречили уже изжившим себя Конституции СССР и Конституции РСФСР. Это другое дело. Во все времена так: революции совершаются и появляются новые правила жизни. Это нормальные процессы для перестроечных лет и периода становления государственности Татарстана.

Не просто шли политические и экономические реформы. Иной раз политические шли вперед, а экономические отставали. Экономические реформы всегда сложнее проводить. Политические реформы – это заявление о своих устремлениях, задачах, обеспечивание политической стабильности. Но без экономики это невозможно. Поэтому жизненный и хозяйственный опыт, команда и избранный президент республики – все это сыграло положительную роль. По-другому и быть не могло.

Нам удалось сохранить кадры

— Первые всеобщие демократические выборы президента Татарстана состоялись 12 июня 1991 года. С какими трудностями пришлось столкнуться? Наверняка есть какие-то наиболее запомнившиеся лично вам моменты, события того времени. Расскажите о них….

— Когда говорят, что первые выборы президента Татарстана были безальтернативными, забывают очень интересные детали. В 1989-91 годах появилось немало политических движений, лидеры которых стремились реализовать себя на президентских выборах в июне 1991-го. Верховным Советом республики на основе Закона о выборах было установлено необходимое количество подписей избирателей, поддерживающих кандидатов в президенты. Подписи собирали несколько человек, в том числе Иван Грачев, Камиль Шайдаров. В Центризбирком были предоставлены подписи в поддержку 4-х кандидатов, но трое из них не смогли набрать нужное количество подписей. Я тогда в избирком принес 200 с лишним тысяч подписей и получил необходимую по закону поддержку для участия в выборах. Во всяком случае, было не просто так: взяли и избрали.

Я считаю, что нам удалось определиться, каким должен быть Верховный Совет, законодательный орган республики, и каким должно быть правительство, исполнительный орган. Каждый должен был нести свой чемодан. И нам удалось сделать так, чтобы работа шла по правилам. Раньше – и я испытал это на себе, еще работая председателем правительства, – партийные органы не давали толком работать самостоятельным исполнительным органам госвласти, определенным Конституцией. Партия всегда вмешивалась в работу исполнительных органов власти.

В те годы единственной партией была коммунистическая партия, она всем управляла, у нее была руководящая роль в обществе, закрепленная 6-й статьей Конституции СССР. Это нам урок на все времена. В цивилизованном демократическом обществе не может быть однопартийной системы.

— Кто были ваши единомышленники? С кем вы приступили к строительству этого нового для страны института власти?

— В то время нас в чем только ни обвиняли. Например, в том, что у нас в правительстве оказались хозяйственные руководители, в основном из мест – Мухаммат Галлямович Сабиров, Фарид Хайруллович Мухаметшин. Потом Рустама Нургалиевича Минниханова пригласили, молодого, но уже имеющего опыт хозяйственной работы.

Это были руководители «от земли», я бы так сказал. Это должны были быть люди понимающие, знающие, как все происходит в реальной жизни. И это сыграло, может быть, даже решающую роль. Это были люди и с определенным опытом партийно-советской работы.

Считаю, что нам удалось сохранить кадры. Они складывались годами. Была система подготовки кадров, первые секретари райкомов и горкомов вырастали через дела и были людьми подготовленными.

Перестройка шла под лозунгом «Вся власть Советам». И всю власть надо было отдавать Советам. Из Конституции СССР убрали 6-ю статью о руководящей роли партии. Это в корне меняло положение партийных руководителей. И тогда мы сориентировались, как надо дальше действовать.

Не забуду: собрал тогда первых секретарей райкомов, горкомов. В то время я был первым секретарем обкома, после Гумера Исмагиловича Усманова, когда его взяли секретарем ЦК КПСС. Первые секретари райкомов были все опытные люди, я был намного моложе многих из них. Я им предложил: «Будущего у партии нет, отныне однопартийной системы не будет. Вы опытные люди, и я предлагаю вам переходить на работу в Советы».

Очень тяжелое впечатление у меня осталось от той встречи. Как они смотрели на меня! Все они были властными людьми. Но после этого разговора около 70 процентов первых секретарей партии возглавили Советы. И мы этому способствовали. Остальные, те, кто не сориентировался, остались в партии, у которой перспективы уже не было.

Главное, повторю, нам удалось сохранить кадры.

В очень многих областях и краях, когда перестройка пошла полным ходом, под давлением уличных митингов партийных работников просто сметали со своих постов. Это были во многом хорошие секретари, опытные. И если бы мы не сработали на опережение, нам не удалось бы сохранить костяк кадров, который впоследствии сыграл большую роль в становлении новой республики.

Показателен был митинг на площади Свободы 18 февраля 1990 года, это был исторический митинг. Это было жесткое испытание для КПСС. Все были революционно настроены – неважно, националисты или федералисты – они во всю мощь критиковали власть, партийные органы, и никто из партийных работников не смог им аргументированно ответить. Не было опыта дискуссий и борьбы, потому что у партии никогда не было конкурентов, следовательно, и политической закалки. Я тогда понял, что такое однопартийность, которая приводит к бессилию.

В те времена во многих областях и краях страны пришли к власти те, кто не имел никакой хозяйственной подготовки. Пришли те, кто хорошо говорил, много обещал – одним словом, популисты. Потом они по-быстрому ушли, потому что у них ничего не получилось. Я все это наблюдал, видел. Вот представьте себе: Москва. Была мощнейшая региональная группа народных депутатов, состоящая из политиков новой волны, в их числе и Гавриил Попов. Его избрали мэром Москвы. Но я должен сказать – он честный человек. Он всегда критиковал систему и власть за то, что нет порядка. Но, поработав мэром один год, честно признался: «Оказывается, быть мэром – не мое дело». Никогда не забуду: он смело заявил и ушел!

А в других регионах этого не происходило, даже в крупных городах России. Многим не хватило духа уйти самим. Надеялись на чудо, но оно не произошло.

Мы сумели построить полноценную систему власти в Татарстане. Поэтому все ветви власти развиваются, мы стараемся ни в какой форме не ущемлять ни одну из них. А президентская власть – она как бы над всеми.


Интернет-газета «Реальное время», 12.06.2016 http://realnoevremya.ru/today/33934