Минтимер Шаймиев: "У нас должно хватить ума для разрешения конфликтов через согласие"

Побеседовать с этим политиком непросто. Достаточно сказать, что взять у него интервью давно уже пытаются "Нью-Йорк Таймс", "Фигаро", "Республика", Би-Би-Си и многие другие "киты" дальнего и ближнего "забугорья". Добиваются же встречи немногие. Тем не менее, для газеты "Саратовские губернские ведомости" президент Республики Татарстан Минтимер Шаймиев сделал приятное предновогоднее исключение, встретившись с главным редактором Владимиром Спирягиным.

---

- "Минтимер Шарипович, если проанализировать ход событий в нашей стране за последние 10 лет, можно с уверенностью констатировать, что в России практически ничего не осталось от существовавшего ранее политического и конституционного строя. Автономии - то немногое, что осталось нам в наследство от тех времен. Каковы, по-вашему, роль и место современного "особого статуса" Татарстана в регионе и в России в целом?

- В последние годы об особом статусе Республики Татарстан нередко говорят с негативным оттенком. Некоторые политики пытаются навязать обществу мысль, что первопричина многих проблем России именно в том, что Татарстан, Башкортостан и ряд других российских регионов взяли слишком много прав. Но, говоря о правах регионов, в частности Татарстана, эти самые люди "забывают" о том, что, взяв права, мы возложили на себя .и широкий круг обязанностей, то есть взяли и ответственность за судьбу населения республики.

Давайте вспомним историю. В царской России в силу определенных причин особым статусом пользовались Финляндия, Польша, Бухара, Хива. Свои особенности в управлении имели Прибалтика, Поволжье, Сибирь. В советское время особое положение имели союзные республики. И сегодня в силу многих причин - географических, экономических, национальных и других - территориальные образования искусственно уравнять невозможно. Напротив, надо ценить их уникальность и разнообразие, которые придают любому государству больший потенциал для саморазвития. Из прошлого тоже надо уметь брать наиболее ценное и значимое.

За десять лет реформ в Татарстане возникла оптимальная для многонационального государства модель полиэтнического, поликонфессионального общества. Татарстан сегодня политически развитый регион - с прочными традициями демократии и многопартийности, с политически активным населением и ответственной властью. Татарстан сегодня - это экономически развитый регион с современной промышленностью и эффективным сельским хозяйством, с внутригосударственными и межгосударственными экономическими связями. Наконец, Татарстан - это республика, в которой людям просто нравится жить.

Татарстан по объемам промышленного производства сегодня опередил самые промышленно-развитые регионы и занимает 4-е место в Российской Федерации. По объему валового сбора зерна мы в этом году на третьем месте. За последние десять лет в республике проложено более трех тысяч километров новых дорог с твердым покрытием. Практически во все населенные пункты и дома проведен газ, построено 400 новых школ, 125 больниц и поликлиник, введено 15 миллионов квадратных метров жилья. Все это результат разграничения полномочий и предметов совместного ведения между органами власти Татарстана и федерального центра, проще говоря, результат того, что Татарстан взял на себя дополнительные права и обязанности. Поймите, любой объем прав всегда связан с таким же объемом обязанностей.

- Чего, по-вашему, больше - плюсов или минусов, от принятия законодательных актов, существенно ограничивших полномочия глав субъектов Федерации?

- Очевидно то, что стабилизация политической ситуации положительно сказывается на экономике. Россия в этом году перевыполняет бюджет, своевременно рассчитывается с внешними и внутренними долгами. Постепенно в лучшую сторону меняется настроение людей. Главное, закрепить эти положительные тенденции и сделать их необратимыми.

В целом, дело здесь не в полномочиях глав субъектов, а в полномочиях субъектов федерации. Эти вопросы нужно рассматривать гибко.

- Вы всегда были активным сторонником законодательного урегулирования взаимоотношений центра и регионов. Но, как бы это помягче сказать, у вас были связаны руки, и все оставалось на уровне разговоров. Сегодня в рамках Государственного Совета России вы получили реальную возможность реализовать свои идеи. Я имею в виду возглавляемую вами экспертную группу при Госсовете, которая занимается разработкой концепции взаимоотношений между центром и регионами. Уже есть какие-то результаты?

- Действительно, сбалансированного соотношения полномочий центра и регионов никогда не было. Мы натворили много дел, в том числе и в законодательной сфере. Это касается в первую очередь конституций и уставов субъектов, федерации, многие из которых, особенно в республиках, содержат серьезные противоречия Конституции России. Главная причина такого несоответствия - это то, что они были приняты раньше российской, как, например, Конституция Татарстана. И вот сейчас с приходом нового Президента есть возможность от слов перейти к практическим действиям. Мы не можем дальше воспроизводить ситуацию, когда между центром и субъектами федерации сохраняется напряжение. Это самая большая проблема всех федераций - предметы совместного ведения. Чем больше их объем, тем больше противоречий, попыток доминировать, взять себе больше прав - и со стороны регионов, и со стороны федеральных структур. Необходимо четко, на законодательном уровне, разделить полномочия центра и регионов, чтобы не было повадно при любом удобном случае кивать на федеральный центр или, наоборот, во всех грехах обвинять местную власть. Как, например, в случае с Приморским краем. Сейчас экспертная группа определяет круг этих полномочий. Говорить, что работа закончена, пока рано. Более или менее ясна лишь концепция.

- Вы можете приоткрыть тайну и рассказать, что представляет собой эта концепция? Чего нам ожидать?

- Концепция состоит в том, чтобы увеличивать круг исключительных полномочий центра и круг исключительных полномочий регионов, оставляя как можно меньше вопросов совместного ведения.

- А какие так называемые "вопросы совместного ведения" нужно разделить, на ваш взгляд, в первую очередь?

- Ну, например, земельный вопрос. До сих пор мы не можем принять ни земельный кодекс, ни закон о земле. Думаю, что принять единый закон для всей Российской Федерации, который устраивал бы все регионы, невозможно. Должен быть разработан рамочный федеральный закон, устанавливающий только основные принципы владения частной собственностью, правила купли-продажи земли. А все остальные вопросы должны решаться на местах. И никто - ни министерство сельского хозяйства, ни комитет по природопользованию - не должны вмешиваться.

Подобным же образом необходимо определиться и с устройством государственных органов. Ведь по Конституции РФ субъекты имеют исключительное право на формирование органов государственной власти на местах. Я наблюдал в Совете Федерации, как многие недооценивали это право и очень легко отдавали власть - сплошь и рядом происходило вторжение в исключительные полномочия субъектов федерации при принятии законов. К примеру, федеральный закон об избирательных правах расписывает чуть ли не регламент проведения выборов на местах и в регионах. А вот, к примеру, вопросы, касающиеся снабжения теплом, светом и газом, - это во многих случаях предмет совместного ведения, потому что задействованы федеральные и местные структуры, средства местных и отчасти федеральных бюджетов. В данном конкретном случае должно быть принято соглашение между естественными монополиями, региональными органами государственной власти и органами местного самоуправления, устанавливающее взаимные обязательства. Если я не в состоянии платить, то я должен признаться в своей несостоятельности перед населением, а не кивать на Анатолия Чубайса или на государство. Если мы договорились об объемах поставки энергии тому или иному региону, согласовали график и идет нормальная оплата, то в случае отключения электроэнергии можно было бы разбираться в судебных органах. Возьмем для примера Татарстан. Три года назад мы вышли на соглашение с Газпромом. Теперь он поставляет газ в объемах, необходимых республике, а мы платим на 100 процентов текущие платежи. И нет никакой необходимости устраивать спектакли на всю страну.

- Изменилась ли, на ваш взгляд, внутренняя национальная политика государства за последние годы? Если да, то в чем?

- К сожалению, в сфере урегулирования национальных отношений четко выраженной политики на уровне федерации не было. Это особенно проявилось на фоне чеченской войны. Страна может считаться цивилизованной только в том случае, если учитывает интересы даже самых малочисленных этносов. Даже во времена Советского Союза интересы национальных образований более или менее соблюдались через представительство в Палате национальностей. Сегодня такого органа нет. А ведь федерация является также формой решения национального вопроса, при условии, если она как форма государственного устройства привлекательна для всех регионов, особенно для национальных образований.

- Вот вы упомянули Чечню, но ведь обострение национальных отношений внутри России коснулось, как известно, не только Чечни, но и других регионов. Как удается вам сохранять стабильность в своем регионе в такой достаточно непростой ситуации?

- Реформирование общества буквально снизу доверху не может не вызвать изменений в межнациональных отношениях. С началом перестройки представители многих народов решили воспользоваться новыми демократическими веяниями для того, чтобы попытаться возродить явно утрачиваемое - язык, культуру, историю. Татары, еще с десятого века имевшие свою государственность, тоже подняли флаг ее возрождения. У нас всегда было сильное национальное движение за права татар. Первопричина этого имеет свои исторические корни, которые кроются в бесправном положении народа в советский период. Это - логика истории, хотя некоторые СМИ до сих пор выступления национальных движений связывают с "капризами" власти.

Мы в Татарстане в своих действиях всегда старались соблюдать баланс языков, культур, конфессий, этнических групп. Без уважительного отношения ко всем народам, проживающим в республике, невозможно было бы достичь стабильности межнациональных отношений. Мы реализовали принцип равноправия языков культур и религий.

- Центральная пресса в последнее время много писала о принятии в Татарстане за основу латиницы. Чем же обосновано такое решение?

- Да, у нас принято решение о переходе татарского языка на латинскую графику. Мы долго шли к этому решению, много обсуждали, взвешивали все "за" и "против". Действительно, за неполное столетие татарский язык дважды менял свою графику, и каждый раз с большими потерями. Тем не менее ученые-языковеды считают ненормальным положение, когда звуки татарского языка неадекватно отражаются в написании, а нескольких звуков и вовсе не хватает в алфавите. Мы в течение 10 лет должны обучать наших людей новым правилам и при необходимости откорректировать алфавит так, чтобы он соответствовал всем особенностям и тонкостям татарского языка, и вместе с тем был удобным в наступающей информационной революции.

- Минтимер Шарипович, ельцинский институт полномочных представителей Президента не канул в Лету, как это ожидалось ранее. На смену ему пришел несколько иной институт наблюдения центра за регионами - институт полномочных представителей Президента Путина по федеральным округам. Оправдывает ли себя такая рокировка, и как сегодня строятся ваши отношения с полномочным представителем Президента по Приволжскому федеральному округа Сергеем Владиленовичем Кириенко?

- Сергей Владиленович проблемы региона знает еще со времен работы премьер-министром. Безусловно, по мере деловой необходимости мы общаемся и, как правило, находим общий язык. А о том, насколько оправдывают себя данные структуры, говорить пока рано. Поживем - увидим. Вообще я считаю, что институт, полпредов был не единственной формой из возможных вариантов. Да, это было сделано в стремлении ускорить политические и экономические реформы. Но с моей точки зрения, была и иная, не менее эффективная форма, причем с меньшими затратами и меньшим раздражением для многих субъектов федерации. Что говорить, это раздражение присутствует, и связано оно с методами и формами работы в отдельных округах. Например, мы с вами чувствуем это по Уральскому округу. Благо, что не по Приволжскому.

Вместо института полпредов можно было бы очень серьезно усилить региональное управление Администрации Президента России. Например, создать специальную структуру и придать ей статус "при президенте РФ", подобрать в регионах опытных людей из руководителей правительства, законодательных органов, директоров крупных предприятий и компаний, акционерных обществ. Закрепить за ними по 2-3 региона и поручить выполнять те функции, которые сегодня выполняют полпреды.

Обратите внимание: ни одно федеральное министерство не отдало и не отдаст свои функции федеральным округам. Независимо от личностей представителей президента в федеральных округах, их службам всегда будет сложно выполнять свои функции. А вот та схема, о которой я говорю, была бы более простой и действенной. К тому же не появлялись бы мнимые столицы, не создавались бы многочисленные штаты людей, квалификация которых далеко не безупречна.

- Жизненное кредо нашего саратовского губернатора Дмитрия Аяцкова: нет тех преград, которые не преодолевал бы человек. (Из книги "Кто есть кто", 1996 г. - В.С). Можете вкратце обозначить своё жизненное кредо?

- Предназначение власти, законов, президентов, в том числе и политики - улучшение жизненного благосостояния людей. Считаю, что человек, имеющий власть, над людьми, обязательно должен их любить.

- Какой вы видите нашу страну и Республику Татарстан в новом тысячелетии?

- Россия, преодолевая все трудности, выйдет в ряд цивилизованных стран. Главной головной болью России долго еще будет государственная неустроенность из-за попыток игнорировать ее многонациональный характер. Если говорить о Татарстане, то наша республика останется в этой федерации наиболее процветающей.

- Какой тост вы сказали бы за новогодним столом на стыке двух эпох?

- У нас должно хватить ума для разрешения любых споров и конфликтов через согласие